Любовь по расчету

Фармкомпании все активнее работают в развивающихся и слаборазвитых странах. Например, AstraZeneca финансирует пилотную программу Health Heart Africa по улучшению услуг здравоохранения для 10 млн пациентов с артериальной гипертензией, рассчитанную на 18 месяцев. По словам исполнительного вице-президента AstraZeneca Марка Моллона, компания адаптирует свою стратегию к изменениям на мировом фармрынке. Он уверен, что работа на рынках развивающихся стран, среди которых ключевая роль принадлежит Африканскому региону, позволит охватить большее число пациентов и, в конечном счете, будет способствовать дальнейшему росту бизнеса. Источник: Фармацевтический вестник.

Большая фарма идет в страны третьего мира

Компании Большой фармы никогда не отличались щепетильностью в отношениях со странами третьего мира. Именно высокая стоимость антиретровирусных лекарственных препаратов в начале 2000-х гг. привела к смерти миллионов человек в развивающихся странах. Патентные баталии до сих пор бушуют в них, особенно в Индии и ЮАР.

Просвещенный эгоизм Так что же произошло с Большой фармой? Зачем фармкомпании все активнее работают в развивающихся и слаборазвитых странах? Зачем, например, AstraZeneca финансирует пилотную программу Health Heart Africa по улучшению услуг здравоохранения для 10 млн пациентов с артериальной гипертензией, рассчитанную на 18 месяцев? Причем компания в рамках этой программы на 90% снизила цену на свои ключевые гипотензивные препараты.

AstraZeneca - не единственный пример, когда фармотрасль заигрывает с развивающимися странами. Так, инициатива Buddy Doctor Initiative компании Novo Nordisk подразумевает обучение специалистов в области сахарного диабета в 14 африканских странах. В 2014 г. GlaxoSmithKline в срочном порядке взялась за разработку вакцины против лихорадки Эбола, хотя это совершенно не имеет смысла с точки зрения бизнеса. Согласно информации, опубликованной в последнем выпуске Индекса доступа к лекарственным средствам, фармотрасль принимает беспрецедентные меры по укреплению присутствия в развивающихся странах, обращая особое внимание на социоэкономические факторы, в частности на платежеспособность населения.

По словам исполнительного вице-президента AstraZeneca Марка Моллона, компания адаптирует свою стратегию к изменениям на мировом фармрынке. Он уверен, что работа на рынках развивающихся стран, среди которых ключевая роль принадлежит Африканскому региону, позволит охватить большее число пациентов и, в конечном счете, будет способствовать дальнейшему росту бизнеса. Как полагает старший консультант Центра безопасности глобального здравоохранения при Королевском институте международных отношений (Великобритания) Чарльз Клифт, усилия компаний Большой фармы на рынках стран третьего мира есть не что иное, как просвещенный эгоизм.

Во имя прибыли Однако не все убеждены в добрых намерениях глобальных фармпоизводителей. Например, директор по политике и анализу Программы по доступности лекарственных средств неправительственной международной организации "Врачи без границ" Рохит Мальпани уверен, что мировая фармотрасль до сих пор не желает идти навстречу нуждам населения стран третьего мира и удерживает нереально высокие цены на новые лекарства для этих стран. По его мнению, фармкомпании ратуют за ужесточение законодательства в области защиты прав интеллектуальной собственности в этих странах, чтобы иметь возможность беспрепятственно получать баснословные прибыли в долгосрочной перспективе.

"Мы не просим фармотрасль разрабатывать новые подходы к обеспечению населения доступными лекарствами, - говорит эксперт касательно программы компании AstraZeneca в Кении. - Это дело властей, благотворительных организаций и ВОЗ. Единственное, чего мы добиваемся, это чтобы отрасль делала то, что от нее ожидают, а именно производила нужные продукты и продавала их по разумным ценам".

Ценообразование, безусловно, полностью контролируется фармкомпаниями. Как отмечают в организации "Врачи без границ", отрасль делает все, чтобы свести на нет все попытки улучшить ситуацию с доступностью лекарств. Секретность в отношении цен на лекарства просто запредельная. Например, многие производители вакцин требуют от заказчиков включать в контракты положения о конфиденциальности цен, запрещающие раскрытие этой информации.

Чарльз Клифт в качестве примера непомерно высоких цен на лекарства приводит американскую биотехнологическую компанию Gilead Sciences, чей препарат для лечения гепатита C Sovaldi уже в первый год продаж принес ей 10 млрд долл. Стоимость 8-или 12-недельного курса терапии этим препаратом составляет до 84 тыс. долл. И таких примеров немало. При этом никто точно не знает себестоимости дорогостоящих препаратов.

Фармотрасль продолжает настаивать, что прибыль необходима для инвестирования в разработки новых лекарств. Однако, по данным ВОЗ, фармкомпании тратят на маркетинг вдвое больше, чем на R&D.

Новые бизнес-модели Ряд фармацевтических компаний уже вводит многоуровневые ценовые структуры в отдельных развивающихся странах. Цены рассчитываются исходя из среднего дохода на душу населения. Глобальный альянс по проблемам вакцин и иммунизации (GAVI) предложил фармкомпаниям снизить цены на детские вакцины для беднейших стран мира.

Патентный пул лекарственных средств при поддержке ООН ведет переговоры по лицензированию дженериковым компаниям производства патентованных антиретровирусных препаратов. С 2012 г. эта организация уже распространила более 1,5 млрд таблеток по доступным ценам. По мнению Чарльза Клифта, председательствующего в Патентном пуле, объединение патентов на антиретровирусные препараты в пул является успешной бизнес-моделью и может быть распространено на препараты для лечения других заболеваний. Однако, как отмечает эксперт, фармкомпании не спешат расставаться с патентами, и Патентный пул по антиретровирусным препаратам остается единственным в своем роде.

Пока все эти механизмы больше являются проявлением филантропии, нежели основной стратегией для фармотрасли. Многие эксперты делают вывод о том, что фармкомпании могут снижать цены, когда захотят, и при этом все же получать прибыль. Для стран с низким доходом, население которых оплачивает из своего кармана до 90% стоимости лекарств, это имеет огромное значение.

Общественный посредник Россию и бывшие страны СНГ Большая фарма практически воспринимает как равных партнеров. Во всяком случае, бесплатно лекарства она не поставляет. Впрочем, есть небольшие исключения. Более или менее благополучные, но все же слабые страны с точки зрения финансирования здравоохранения тоже нуждаются в помощи. Для этого создан Глобальный фонд, который занимается борьбой с ВИЧ, туберкулезом и малярией.

Эта структура снижает цены дорогостоящих лекарств для стран с развивающейся экономикой, частично оплачивая лекарственные препараты.

Финансируется организация правительствами развитых стран, где, кстати, по большей части и дислоцируется Большая фарма. Так что можно сказать, что опосредованно власть этих стран через благотворительность расширяет рынки сбыта для своих компаний.

Правда, с Россией Глобальный фонд сейчас не работает. Зато у нас был свой интересный глобальный проект, который весьма удачно закончился для Pfizer. Весной 2013 г. благотворительный Фонд Ростроповича - Вишневской совместно с Комитетом по здравоохранению администрации Санкт-Петербурга и Управлением Роспотребнадзора по Санкт-Петербургу запустили пилотную программу вакцинации детей первого года жизни от пневмококковой инфекции.

Перед запуском "пилота" фонд организовал исследование серотипов пневмококков, распространенных в нашей стране. Исследование проводилось в сотрудничестве с НИИ детских инфекций ФМБА Санкт-Петербурга, Центральным НИИ эпидемиологии Роспотребнадзора. Полученные результаты показали: среди имеющихся пневмококковых вакцин для детей наиболее эффективна 13-валентная, перекрывающая от 80 до 90% циркулирующих серо типов, которую производит Pfizer. Он же поставлял вакцину и для пилотного проекта. На эти цели Благотворительный фонд в 2013 г. потратил 34,76 млн руб. В итоге с 2014 г. прививка от пневмококковой инфекции вошла в Национальный календарь и закупается Минздравом.

Все, что хотели, но боялись попробовать Фармацевтические компании любыми способами стремятся продемонстрировать свои препараты в действии. Благотворительные поставки конкурируют с маркетинговым продвижением. Можно сказать, что для розничных продаж используется реклама, а для лекарств, закупаемых правительствами для своих граждан, есть другой способ продвижения - бесплатные поставки лекарств нуждающимся странам. ВОЗ или другие глобальные организации рапортуют об успехах в борьбе с болезнями, а государственные закупщики из более или менее развитых стран имеют эту информацию в виду, обеспечивая лекарствами граждан своей страны.

Выгоду фармкомпаний можно увидеть везде, но не стоит забывать, что фармбизнес - это прежде всего бизнес и он должен зарабатывать деньги. И можно только порадоваться за страны третьего мира, за счет которых фармкомпании расширяют свои рынки сбыта.

Просвещенный эгоизм - комплекс этических принципов, выдвинутый еще Аристотелем, в котором подразумевается, что делающий добро другим делает его в первую очередь себе. Другими словами - это получение выгоды для себя через помощь другим. Например, в экономике спонсорство и благотворительность создают благоприятное социально экономическое окружение, приводящее к устойчивому получению прибыли в будущем. По мнению эксперта, это неплохо.

Источник: Фармацевтический вестник