Что нужно знать о хронической сердечной недостаточности: риски для здоровья и жизни

Т.Лямзина – Я приветствую нашего сегодняшнего гостя, Сергея Бойцова, профессора, доктора медицинских наук, генерального директора Института кардиологии Минздрава России, академика РАН, главного внештатного специалиста-кардиолога Минздрава России по ряду федеральных округов.

Тема сегодняшняя наша будет: «Что нужно знать о хронической сердечной недостаточности, какие риски для здоровья и жизни несет хроническая сердечная недостаточность»

Давайте, наверное, все-таки начнем со статистики.

Как обстоят дела в России вообще с сердечно-сосудистыми заболеваниями?

С.Бойцов― Дело в том, что сердечно-сосудистые заболевания – это примерно половина причин всех смертей. Это касается главным образом, скажем так, стран Европейского континента, Северной Америки. Правда, сейчас в тех странах начинает конкурировать по значимости еще онкологическая патология в силу того, что большая продолжительность жизни у людей.

Если говорить о структуре самих сердечно-сосудистых заболеваний, то хронические болезни, как ни странно, имеют больший вклад в структуру смертности, нежели острые, такие как инсульт и инфаркт миокарда. Инсульт и инфаркт миокарда – это примерно четверть всех смертей.

Если говорить о хронических заболеваниях сердечно-сосудистой системы, то это в первую очередь, конечно, ишемическая болезнь сердца, ее знают все. И основным проявлением ее в хроническом варианте является стенокардия.

И кроме того, цереброваскулярные заболевания, которые главным образом являются предметом терапии и диагностики со стороны неврологов, но и очень большое участие в этом плане принимает и терапевт, участковые терапевты и врачи терапевтических отделений стационаров.

Мы сегодня будем говорить, наверное, главным образом о сердечной недостаточности…

Т.Лямзина― Да.

С.Бойцов― Очень большая проблема, но она большая проблема не только по масштабу, но и по своей сложности, поскольку трудно измерить размер самой проблемы.

Обычно когда врачи кодируют диагнозы, диагнозы, заболевания, они все по международной классификации болезней подлежат учету и для этого каждый имеет свой код. Они выстраиваются в определенной последовательности.

Так как нас научили еще на 3-ем курсе, по пропедевтике, в начале основное заболевание, потом заболевание конкурирующее, сопутствующее, осложнение.

Так вот, сердечная недостаточность – это осложнение основного заболевания, которым чаще всего является ишемическая болезнь сердца.

Напомню, что ишемическая болезнь сердца – это ситуация, когда мышца сердца, а сердце – это мышца, и больше там фактически ничего нет, она начинает страдать из-за того, что коронарные артерии, снабжающие его кровью, начинают плохо пропускать кровь из-за атеросклеротических бляшек.

Развиваются в острых ситуациях инфаркты миокарда. И потом развивается та самая сердечная недостаточность, когда сердце начинает плохо перекачивать кровь.

Есть еще одна форма сердечной недостаточности, которая развивается у людей, имеющих гипертонию, с возрастом, так называемая «сердечная недостаточность с сохраненной фракцией выброса», когда сердце сокращается хорошо, но расслабляется плохо, и опять-таки организму не хватает крови.

В этой ситуации получается так, что на первый план постепенно начинает выходить ситуация, когда сердечная недостаточность доминирует и мешать человеку себя хорошо чувствовать, снижается его работоспособность.

И основными клиническими проявлениями является утомляемость, одышка, сердцебиение.

А при достаточно продвинутых состояниях это отеки, приступы сердечной астмы и удушье.

Т.Лямзина― То есть это достаточно существенно влияет на саму жизнь, на образ жизни пациента? То есть какие-то ограничения вносятся, да?

С.Бойцов― Это не просто снижение качества жизни, это инвалидизация.

Если эта беда развивается в трудоспособном возрасте, то иногда приходится менять профессию или просто уходить на инвалидность.

Т.Лямзина― Кому приходится, например, какие профессии не могут совмещаться с хронической сердечной недостаточностью?

С.Бойцов― В первую очередь те, которые связаны с физическим трудом, особенно с тяжелым физическим трудом.

Правда, сейчас методы лечения достаточно серьезно вперед продвинулись и в большем числе случаев удается компенсировать состояние. И если, допустим, квалифицировать сердечную недостаточность по 4-ым степеням, по функциональным классам так называемым, то мы сейчас достаточно уверенно можем сказать, что из 3-го функционального класса мы можем перевести во 2-ый функциональный класс, который позволяет человеку в том числе заниматься с определенными ограничениями и физическим трудом.

В былые времена это было практически невозможно.

Т.Лямзина― Расскажите, что нового появилось, как сейчас лечат хроническую сердечную недостаточность, что нового там?

С.Бойцов― Новых несколько направлений.

Первое – это медикаментозное. Там много новел.

Второе направление – я бы назвал его организационным. Тут тоже очень много хороших новостей и перспектив.

И третье – это так называемая «механическая поддержка».

То, что касается медикаментов. У нас есть несколько классов препаратов, которые, как я уже сказал, позволяют очень здорово повысить качество жизни людей и самое главное, уменьшить вероятность повторной госпитализации, и еще не менее важно, продлить жизнь. Поскольку это очень значимый фактор риска смерти, данное заболевание. Через декомпенсации или чаще всего через внезапную смерть.

Появились новые классы препаратов. Я их не буду называть. Очень длинные названия. Но в общем, у нас появилось еще 3 очень сильных новых классов препаратов, которые нам сейчас определенную, я бы сказал, наверное, 2, 3-ий еще неопределенность есть, которые дают серьезные резервы в руки и кардиологов, и терапевтов поликлиник.

Если говорить об организационных вещах, они более понятными будут, наверное, нашим слушателям. Мы сейчас, во-первых, начинаем переходить на объективизацию ситуации, мы начинаем котировать не только основное заболевание, но и осложнение, и таким образом мы можем посчитать сколько у нас больных реально страдают этим заболеванием, не на уровне отдельных исследований, эпидемиологических или регистровых, а применительно к каждой поликлинике, применительно к каждому городу, району и так далее. Это очень важно для того, чтобы правильно спланировать силы и средства.

Еще более важным является то, что мы сейчас соединяем стационар и поликлинику по так называемому бесшовному механизму в рамках создания центров лечения сердечной недостаточности.

Это движение уже, скажем так, в нашей стране началось достаточно давно. И его пионером является профессор Фомин Игорь Владимирович. Он живет и работает в Нижнем Новгороде. На территории Нижегородской области это уже складывающаяся система.

Она предполагает объединение, как я сказал уже, бесшовно стационара. Бесшовность предполагает передачу своевременную информации в поликлинику, там, чтобы пациенты были, что называется, подхвачены грамотными специалистами, которые специализируются на диагностике лечения сердечной недостаточности, как врачи, так и очень важно, средний медицинский персонал.

Особенно очень важно это в плане контакта с маломобильными пациентами, которые ограничены в силу тяжести заболевания. Это и телефонные контакты, это и выходы на дом, и доставка препаратов на дом, и своевременность реагирования для своевременной госпитализации.

И в общем, практика некоторых стран показала, что это, например, Швеция, это очень хороший механизм, который позволяет здорово увеличить продолжительность жизни людей, а самое главное, еще и качество, вернее, не менее важно качество жизни людей.

То, что касается стационаров, это не просто специализированная структура, где врачи занимаются лечением главным образом этих пациентов, но они еще должны быть вооружены и целым набором средств диагностики и лечения сопутствующих состояний, которые усугубляют лечение сердечной недостаточности, такие, как нарушение сердечного ритма, например, фибрилляция предсердий, своевременное их выявление и коррекция очень важны.

Безусловно еще, конечно, я уже упомянул, мы пока это в нашей стране еще только начинаем продвигать, механические средства поддержки.

В большинстве случаев это пока еще мост между терапевтическим состоянием и переходом к трансплантации сердца, когда подключается специальное устройство, искусственное сердце так называемое. Их уже существует несколько вариантов.

Но наша задача – тиражировать данную технологию не только для моста, но это может быть и способом реального увеличения продолжительности жизни.

Т.Лямзина― То есть вот это сейчас является основными инициативами, которые могут повысить качество медицинской помощи пациентам с хронической сердечной недостаточностью?

С.Бойцов― Да.

То есть повторюсь, медикаменты, организационные изменения и механические средства поддержки.

Я сказал, что важнейшим механизмом, который мы должны иметь в виду как механизм смерти, не только при сердечной недостаточности, но и вообще, является внезапная смерть. И фактором риска важнейшим является сниженная способность сердца сокращаться.

Так вот, основным способом профилактики внезапной смерти является имплантация кардиовертеров-дефибрилляторов. Это такие устройства, которые дают электроимпульсный разряд не с помощью внешнего наложения электродов, а изнутри. Они имплантируются человеку, и он с ними ходит годами и в общем, может прожить очень долго при неоднократных срабатываниях кардиовертера из-за того, что наступали прецеденты остановки сердца.

И эта технология, которую мы тоже должны иметь в виду, как важнейшую для продвижения, снижения смертности от сердечной недостаточности.

Т.Лямзина― Какие может быть COVID внес корректировки в вашу работу?

С.Бойцов― Мы пока тоже в должной мере это не оценили.

Поначалу мы очень сильно опасались, что сам по себе COVID является причиной развития новых случаев сердечной недостаточности. Потому что все, наверное, врачи, которые занимались лечением этих пациентов, обратили внимание у них на повышение так называемых кардиоспецифических ферментов.

И в общем, первые опасения были вполне обоснованы, что это миокардит, то есть воспалительное заболевание.

Но пока мы не получили должного подтверждения этому. Там совсем другой механизм повышения этих кардиоспецифических ферментов признаков повреждения клеток сердца.

Но мы точно видим, что COVID за счет выключения большой части легких у некоторых пациентов, у которых болезнь протекала тяжело, усугубляет наличие имевшейся сердечной недостаточности. И выступает в данной ситуации как фактор умножения проблемы, по сути дела.

Сейчас прошло еще очень мало времени, идет сейчас период накопления данных, то есть обследование пациентов, которые когда-то перенесли COVID. И в зависимости от того, какая была степень поражения легких, и какая была исходная степень поражения сердца по тому или другому варианту сердечной недостаточности, мы сейчас это изучаем.

Мы понимаем, что мы сейчас все равно получим немалое количество пациентов, у которых будет, скажем, усугубленная проблема за счет поражения легочной ткани.

Может быть там еще будут другие механизмы, почечная ткань может поражаться.

И все-таки может быть еще и со стороны самого сердца мы увидим изменение с помощью таких методов, как магниторезонансная томография с контрастированием или другие менее сложные методы, в отдаленном периоде.

Т.Лямзина― Спасибо большое!

Я напомню, что сегодня нашим гостем был Сергей Анатольевич Бойцов, директор Института кардиологии Минздрава России, академик РАН, главный внештатный специалист-кардиолог Минздрава России.

И говорили мы о том, что нужно знать о хронической сердечной недостаточности, какие риски для здоровья и жизни несет это заболевание.

Спасибо!

С.Бойцов― Спасибо!

Источник: https://echo.msk.ru/programs/detour/2734768-echo/